Get Adobe Flash player

Хроника работы семинара в сезоне 2000 — 2001 гг.

От «Пика Жилина» к «МАСС-turbo»

Последнее в этом сезоне заседание Семинара Бориса Стругацкого состоялось 23 мая.

Был обсужден роман Александра Щеголева «МАСС-turbo», представляющий собой изрядно переработанный и расширенный «Пик Жилина», опубликованный в сборнике «Время учеников-3».

В роли прокурора выступил Андрей Лазарчук. Он отметил, что, отказавшись от прямой связи с миром АБС, автор в определенном смысле улучшил свое произведение. Вкратце рассказав для нечитавших фабулу произведения, прокурор перешел к недостаткам. В частности была отмечена излишне большая плотность событий (к примеру, все произошедшее в первые сутки развития сюжета потребовало бы часов 80, а не 24). В середине повествования слишком много ненужных подробностей, что приводит к рыхлости. Был поставлен и этический вопрос: позволительно ли вставлять в книгу живых людей, окружающих автора в жизни, и если да, то как с ними обращаться. В частности, имеются намеки на «всем известное издательство», которое в книге занимается распространением порнографии.

Главное предложение прокурора: полностью вычистить аллюзии, связанные с миром АБС.

Адвокатом был назначен Андрей Легостаев, который на заседании отсутствовал. Поэтому его роль взял на себя еще один Андрей — Измайлов. Он не согласился с обвинениями по поводу аллюзий, поскольку читать «МАСС-turbo» будут как самостоятельное произведение. По словам адвоката, читатель получает плотно написанный роман с хорошим сюжетом и острой интригой. Одним словом, «вещь сделана на высоком профессиональном уровне».

Павел Шумилов полностью присоединился к адвокату.

А вот Александр Мазин отметил, что недостатки все же имеются. В частности, психология постоянно рефлексирующего главного героя абсолютно не соответствует психологии шпиона, а обилие смысловых слоев не удалось выстроить гармонично, и получилась композиционная каша, которая быстро начинает восприниматься как замедление действия.

Андрей Измайлов тут же привел в пример Грэма Грина и Ле Карре, чьи шпионы не стесняются быть рефлексирующими персонажами.

Наталья Галкина напомнила прокурору, что литературно-художественное время не соответствует времени реальному, объявила, что писатель в романе представлен как шпион в описываемом мире, и назвала «МАСС-turbo» эпитафией фантастике. В целом она оценила произведение очень высоко.

Сергей Федотов отметил хороший язык, но посетовал, что привязанность к «Хищным вещам века» все-таки мешает читателю.

Антон Первушин отметил в качестве главного недостатка, что роман слишком привязан не только к «Вещам», но и к произведениям, опубликованным в первых двух сборниках «Время учеников».

В одной из своих реплик автор проговорился, что хотел написать новую книгу братьев Стругацких, на обложке которой стояло бы имя «Александр Щеголев».

Мимо этого не прошел в своем итоговом выступлении мэтр. БН отметил, что АБС никогда бы не совершили тех промахов, что допусти автор «МАСС-turbo». Во-первых, в книге слишком много персонажей, которые постоянно выпадают из читательского внимания. Во-вторых слишком много ложных ходов, что тоже начинает мешать чтению. И наконец, он согласился с мнением, что надо избавляться от аллюзий с миром АБС, но тут же заметил, что такого совета он автора никогда не даст: слишком гигантской должна быть эта работа.

При голосовании роман Александра Щеголева получил от членов Семинара 8,5 баллов. Это наивысшая оценка последнего сезона и одна из самых высоких за всю историю Семинара.

Ник. Романецкий


Александр Мазин — действительный член Семинара

9 апреля в Центре современной литературы и книги прошло очередное заседание Семинара Б. Н. Стругацкого. На этот раз участники Семинара обсуждали представленный в рукописи роман Александра Мазина «Кочевник». Выступавшая в качестве прокурора Елена Первушина отметила, что дело предстоит иметь с очередным романом о «варягах, которые были славяне», после чего раскритиковала текст с разных сторон. Основными линиями ее выступления стали:

— аргументированное недоумение по поводу того, зачем автору понадобилось отправлять современного парня в славянский мир — ожидаемой в этом случае «сшибки» культур не произошло.

— претензии к достоверности мира, которая на поверку оказалась «костюмированной».

— ровная бойкость стиля, сглаживающая эмоциональный план.

Такой подход вызвал горячий протест Андрея Николаева, который чуть ли не грудью стал защищать право «легкого жанра» на существование. На том же основывалась и защита в лице Василия Владимирского. Адвокат отметил живость романа, забавность его коллизий, и несомненную нравственную основу — герой романа в ходе «квеста» ищет и находит жизненные ценности.

В последовавшей дискуссии часть «семинаристов» оценивала роман по критериям научной фантастики и высказывала претензии к немотивированному путешествию героя во времени и пространстве, к недостоверности мира, к языку. Так, Святослав Логинов потратил пять минут на впечатляющий рассказ о «черных» избах и рационе наших предков, основой которого были пареная репа и хлеб, а вовсе не мед хмельной и каша с убоиной. А Вячеслав Рыбаков возмутился языком романа, в частности, тем, что не только герой, но и автор охотно пользуется «слэнгом» и чуть ли не «феней».

Другие участники обсуждения пытались судить автора по законам, которые он сам для себя установил, и выражали свое одобрение, отмечая, впрочем, линейность и затянутость сюжета.

«Подсудимый» с честью выдержал как «хвалу», так и «хулу», и был принят в действительные члены Семинара.

Полина Копылова


«Таня» получает высокие оценки

12 марта, после двухмесячного перерыва, связанного с болезнью мэтра, состоялось очередное заседание Семинара Бориса Стругацкого.

В рамках конкурса «12 июня 2018 года» был обсужден рассказ «Таня». Сюжетно «Таня» связана со случившимся сотней лет раньше расстрелом царской семьи.

Рассказ вызвал ожесточенные споры.

Сергей Переслегин, в частности, обвинил анонимного автора в том, что в рассказе присутствуют реалии 90-х годов XX века, а никак не 2018 года, и назвал «Таню» рассказом, не имеющим никакого отношения к конкурсу.

Кое-кто вообще посчитал кощунством — затрагивать темы такого характера. Особенно резко выступила Юлия Старцева, на взгляд многих семинаристов преступившая рамки приличий в ведении литературоведческой дискуссии.

Не меньше было и тех, кто хвалил рассказ и предъявлял претензии только к концовке. Сергей Бережной, к примеру, отметил хороший язык.

Черту дискуссии подвело традиционное голосование.

Действительные и почетные члены Семинара дали «Тане» 6, 54 балла — лучший результат среди участвующих в конкурсе рассказов (уже обсужденных, разумеется). Оценка кандидатов и участников Семинара была, как и всегда, ниже — 5,39.

В апреле семинаристы обсудят роман Александра Мазина «Кочевник».

Ник. Романецкий


Семинар и мы

8 января в Центре современной литературы и книги прошел Семинар Б. Н. Стругацкого — первый в новом столетии и тысячелетии. Эти знаменательные обстоятельства и подсказали (хотя бы отчасти) его тему, сформулированную в виде двух вопросов, которые Борис Натанович адресовал молодым и маститым членам литературного сообщества: «Что Вам дал Семинар?» и «Что Вы ждете от Семинара?»

Застрельщиком обмена мнениями выступил Святослав Логинов. На его взгляд, главное достоинство Семинара — то, что он никогда не был и не будет организацией по «пропихиванию» рукописей в издательства. Затем выступающий осветил разницу между питерским и существовавшим когда-то московским семинарами и дал несколько практических советов тем молодым участникам Семинара, которым еще предстоит обсуждение их произведений.

За выступлением Логинова последовал «как всегда краткий монолог» Андрея Измайлова, который на примерах, заимствованных из истории Семинара и из истории восточных культур, доказывал, что Семинар дал прежде всего сэнсея, Учителя. Б. Н. Стругацкий, однако, возразил на это, что сэнсей есть Преподаватель, который преподает, передает знания, а Учитель прежде всего воспитывает, формирует личность.

Далее последовали действительно краткие и очень конкретные реплики Павла Шумилова и Елены Первушиной, которые сошлись во мнении, что Семинар, благодаря обсуждениям, дает возможность учиться на чужих ошибках, никого при этом не обижая. Андрей Николаев и Наталья Никитайская вспоминали богатое прошлое Семинара, который в свое время стал для многих настоящим Островом Свободы, где можно было высказываться, не оглядываясь на цензуру и даже не слушая бдительного «внутреннего редактора». Андрей Николаев развил тему, опять же на примерах доказав, что членство в Семинаре и непорядочность — несовместны. Так же высказались Андрей Чертков, Александр Щеголев, Александр Мазин, Василий Владимирский, Бэлла Жужунава, Николай Ютанов, говорившие о разных аспектах влияния Семинара — в том числе и о том, что Семинар все же является «площадкой» для последующих публикаций и средой для налаживания необходимых в литературном мире связей.

Прозвучали и претензии, впрочем, сформулированные недостаточно ясно, относительно того, что Семинар должен в большей степени влиять на процесс развития фантастики, имели место даже упреки в «петербургском снобизме».

Что касается ожиданий от Семинара, то, несмотря на настойчивые просьбы Б. Н. Стругацкого предлагать новые формы семинарской работы и даже упреки в утомительном однообразии, большинство сошлось на том, что Семинар просто должен быть, и этого достаточно, потому что, в конце концов, каждый найдет в Семинаре кого-то или что-то, для него привлекательное.

Полина Копылова


Михаил Булгаков и фантастика

11 декабря в Центре Современной литературы и книги состоялся очередной семинар Б. Н. Стругацкого, темой которого на этот раз стало творчество М. А. Булгакова и его влияние на русскую фантастику. Впрочем, основной (и единственный) докладчик Сергей Бережной поставил тему «с ног на голову», предложив говорить не о влиянии Булгакова на фантастику (об этом так и так неизбежно скажется), а о том, какое место занимает фантастика в творчестве Булгакова. Правда, количественному анализу фантастической составляющей в булгаковских текстах предшествовал обзор и общий анализ основных произведений Булгакова с литературоведческой точки зрения, что превратило доклад в лекцию по литературе. В качестве учителей самого Булгакова были названы Н. В. Гоголь, М. Е. Салтыков-Щедрин, Г. Уэллс, у которого, по мнению докладчика, Булгаков заимствовал отдельные (в т. ч. фантастические) мотивы, хотя творческий метод, которым пользовался автор «Мастера и Маргариты», был принципиально иным — создавая своих героев, Булгаков изначально основывался на типажах.

В ходе обсуждения кроме вопросов чисто литературных оказались затронуты и отношения Булгакова с Властью, в частности, со Сталиным, аспекты психологии творчества, мировосприятия и мировоззрения писателя, нашедшие отражение в его произведениях.

Полина Копылова


Обсуждена «Крысиная галка»

13 ноября в Центре современной литературы и книги состоялось очередное заседание семинара Б. Н. Стругацкого. Как и предыдущее, оно было посвящено обсуждению очередного анонимного конкурсного рассказа под названием «Крысиная галка».

Правда, перед обсуждением участники семинара решили один важный организационный вопрос, поднятый еще на прошлом семинаре: следует ли обсуждать ВСЕ рассказы, поданные на конкурс «12 июля 2018 года», или нужно сохранить прежний порядок, при котором предварительный отбор текстов осуществлялся лично Б. Н. Стругацким. В результате, по предложению Андрея Николаева, было принято компромиссное решение: особая комиссия из действительных членов семинара (в нее вошли сам А. Николаев, С. Логинов, А. Измайлов, Н. Никитайская и Н. Романецкий) отбирает среди отвергнутых Б. Н. Стругацким один рассказ, который и выносится на суд семинара.

Что же касается рассказа «Крысиная галка», который, по мнению Б. Н. Стругацкого, написан ради доказательства этической теоремы о совместимости/несовместимости научного мышления и милосердия, то он вызвал больше нареканий, нежели похвал. Правда, Елена Первушина отметила смелость автора, который не боится работать с эмоциями, и Екатерина Некрасова призналась, что рассказ ее «задел»…

Однако другие участники семинара назвали рассказ «морализаторским» (А. Мазин), «никаким» и «заштампованным» (А. Измайлов), «недостоверным» (А. Лазарчук), а Василий Владимирский и вовсе охарактеризовал одного из главных героев, как «идиота».

Б. Н. Стругацкий, прежде чем подвести итог обсуждению, признался, что выбрал этот рассказ, обладающий рядом характерных недостатков, нарочно, чтобы члены семинара эти самые недостатки отметили; однако это удалось лишь двоим или троим из собравшихся. Поскольку эта «провокация» явно перекликалась с проблематикой рассказа, обсуждение пошло по новой, в результате чего анонимному автору были даны полушутливые рекомендации, как следует изменить финал и от чьего лица нужно было писать рассказ, чтобы он состоялся.

Полина Копылова


У «семинаристов» закончились летние каникулы

17 октября в Центре современной литературы и книги состоялось первое в новом сезоне заседание Семинара Б. Н. Стругацкого.

В начале заседания председатель Оргкомитета «АБС-премии» Дмитрий Каралис сообщил присутствующим об учреждении Оргкомитетом премиального фонда внутренних творческих конкурсов с участием членов Семинара. Решение об этом было принято еще в июне, накануне «АБС-премии — 2000». Из этого фонда будут премироваться произведения-победители.

Затем участники Семинара обсудили очередной, уже двенадцатый конкурсный рассказ под названием «ТРИада», описывающий (по условиям конкурса) день 12 июня 2018 года.

Рассказ, представляющий будущее в довольно мрачном свете (что, впрочем, стало для конкурсных рассказов своеобразной традицией), собрал достаточно разноречивые отклики. Участники Семинара, отмечая мастеровитость неизвестного пока автора (анонимность — также одно из условий конкурса), высказали претензии к сюжету, психологической и бытовой достоверности, упрекнули автора в однообразии языка, одинакового для трех совершенно разных персонажей. Однако в целом рассказ получил одобрение с формулировкой «не худшее произведение из когда-либо обсуждавшихся на Семинаре».

В обсуждении «ТРИады» приняли активное участие А. Легостаев, С. Логинов, П. Шумилов, А. Мазин, А. Измайлов, С. Бережной, В. Гончаров, другие «семинаристы».

Полина Копылова